«Кёнигсберг в деталях»: Шютценштрассе — улица Минская и её окрестности

26.07.2016 18:25 Тема: Кёнигсберг в деталях 10877 17
Шютценштрассе, вид от Трагхаймер Пульверштрассе. Фото Е. Готхайля (?). Ок. 1910 г.
Шютценштрассе, вид от Трагхаймер Пульверштрассе. Фото Е. Готхайля (?). Ок. 1910 г. / 

Бог Нахтигаль, меня ещё вербуют
Для новых чум, для семилетних боен.
Звук сузился, слова шипят, бунтуют,
Но ты живешь, и я с тобой спокоен.

О. Мандельштам

…А звуковым эпиграфом к этому очерку я бы сделал вечернее пение соловья.

Есть историческая быль (а может, сказка), которую слышал, наверное, каждый калининградец. В XVII веке в жители одного окраинного района взбунтовались против соловьёв. Позади домов здесь протекала небольшая речка — Студенческий ручей. Вода питала корни кустарника, а в его ветвях, в густых зарослях, в великом множестве жили соловьи.

Легендарный германский Нахтигаль — символ вдохновения, грез и романтизма... Но бюргеры не были романтиками. Жизнь их была уложена в распорядок труда, отдыха и сна. А птицы им мешали. Но когда «активисты» начали разгонять соловьёв, нашлись и те, кому это ополчение не понравилось. Дело дошло до курфюрста Фридриха Третьего. И он строго запретил нападать на птиц, пригрозив нарушителям штрафом в 100 талеров.

Сдается мне, что эту историю сочинили позже, под звёздами романтизма. Cлишком уж поучителен в ней рассказ о филистерах, не ведающих поэзии и красоты. Но факт, что на северной окраине Кёнигсберга было место, за которым закрепилось неформальное название Соловьиная тропа — Нахтигалленштайг. Когда в 1884 году это имя утвердили официально, здесь уже не было ни кустов, ни реки, ни соловьев, ни прочей романтики, а «тропа» превратилась скорее в бульвар, довольно широкий для «внутреннего города», геометрически прямой, с пунктиром высаженных рядком деревьев и сплошными ровными плоскостями домов по обеим сторонам.

Фото 1. Нахтигалленштайг в направлении к Верхнему пруду. Ок. 1900 г.

Однажды в 1940-е годы некий английский натуралист расположился у тихого деревенского ручья, чтобы записать голоса соловьёв. Все шло хорошо, птицы пели… и вдруг — в микрофоны ворвался чужой страшный звук. Адский грохот, рёв, вой! — Это немецкие самолёты летели бомбить Лондон. Через много лет после войны музыкант Манфред Манн, впечатлённый услышанной записью, назвал свой альбом «Соловьи и бомбардировщики».

В эти два слова укладывается и история улицы Нахтигалленштайг. Начавшись с соловьев, она закончилась налётом британских ВВС. Будто кто-то перевернул пластинку — и ветер, посеянный в Британии, вернулся бурей. Сегодня на месте «Соловьиной тропы» и соседних улиц не осталось ни одного старого камня, который мог бы нам, любопытным, послужить ориентиром.

Где она, Соловьиная тропа? Давайте придём на улицу Сергеева. Свернём во дворы напротив пустой подставки от вертолёта, встанем между зданием детского садика № 105 и подъездом дома № 45 и посмотрим на девятиэтажку с магазином «Мир ткани». Линия нашего взгляда пройдет сквозь исчезнувшую улицу Нахтигалленштайг.

Она начиналась от широкого перекрёстка, на котором мы сейчас стоим, и заканчивалась, сходясь с улицами Врагнельштрассе (Черняховского) и Хинтертрагхайм (Сергеева) перед нынешним «Домом профсоюзов». Место называлось тогда Шенкендорфплац.

А там, где мы остановились, на месте дворов за домами 41–49 по ул. Сергеева, близ детского садика и стадиона 31-й школы, тоже была маленькая площадь (правда, без названия). Она служила распутьем нескольких дорог, разбегавшихся в разные стороны по «розе ветров» северного Трагхайма.

Так, если, не сходя с места, мы развернёмся градусов на 40 влево, то нам откроется улица, под острым углом сходящаяся здесь с Нахтигалленштайг. Она называлась Донаштрассе — в честь того сама графа Александра Фридриха Дона, который дал своё имя известной башне. Неведомый геометр Трагхайма воспользовался здесь не только линейкой, но и циркулем. «Стрелку» двух улиц украшал запоминающийся округлый фасад.

Фото 2. Нахтигалленштайг и Донаштрассе. Ок. 1900 г.

Донаштрассе была такой же прямой и такой же сплошной, как Соловьиная тропа, вместе они представляли законченный архитектурный мотив. Улица Доны соединялась с Врангельштрассе напротив дома № 49 (где сейчас редакция «Новых

колёс»). Но это здание построят позже, а пока мы видим в перспективе Донаштрассе только ограду территории кирасирского полка. Если бы фото было получше, мы бы увидели и здание гарнизонной прачечной, которой как раз сейчас ломают ради постройки апарт-отеля. А в створе Соловьиной тропы можно разглядеть крепостные бойницы (в то время пруд со стороны Врангельштрассе был обнесён высокой оборонительной стеной).

На следующей иллюстрации Донаштрассе снята в другом направлении: улица Врангеля у фотографа за спиной, а впереди видны дома Нахтигалленштайг.

Фото 3. Донаштрассе в южном направлении. Ок. 1900 г.

Третья улица, отходившая от «соловьиного» перекрёстка — Шютценштрассе, или Стрелковая. Изгибаясь, она шла отсюда на запад, пересекала Миттельтрагхайм (Пролетарскую), пролегала позади здания ГАИ и доходила почти до ул. Рокоссовского. В современном городе ей примерно соответствует Минская улица.

И расположение, и название Шютценштрассе не случайны.

Помнит ли читатель некий Студенческий ручей, царство соловьёв? Это была довольно длинная речка, вытекавшая из Верхнего пруда и петлявшая через весь Трагхайм. Как она была связана со студентами, мы не знаем. Но знаем, что у её истока с давних времён стояла мельница, и по ней река получила своё более известное название Мюлленфлисс, то есть Мельничный ручей.

Конечно, её давно уже нет.

Города очень любят реки. Но обманчивой, злой любовью Дориана. Сначала поселения лепятся к воде. Река спасает от летнего жара, река поит огороды, река несет лодки и баржи… Умывшись и утолив жажду, город молодел. Чего о реке не скажешь. Она мелеет и мутнеет, отдавая себя городу. И однажды река превращается в сточную канаву. Тогда город приходит в праведный гнев от ее нечистоты, судит её и засыпает песком.

Но от погибших рек остаются тени на картах. Это улицы, которые проходили когда-то вдоль исчезнувших речных берегов или были проложены по засыпанному руслу. Шютценштрассе — одни из таких улиц, её ход соответствует повороту Мельничного ручья на запад.

Пройдём метров 50 назад от точки, на которой остановились прежде. Мы находимся теперь на линии дома № 41 по ул. Сергеева, между школьным стадионом и садиком, и могли бы увидеть отсюда всю улицу Нахтигалленштайг от начала до конца…

Фото 4. Нахтигалленштайг и угол Донаштрассе. Ок. 1900 г.

…а если бы посмотрели налево, то перед нами оказалось бы начало Шютценштрассе.

Название этой улицы происходит от находившегося на ней «Шютценхауза» — «Дом стрелков». Так называли дом для торжественных собраний Гильдии стрелков Кёнигсберга. Стрельба была респектабельным и благородным видом спорта, причастным рыцарскому духу. Гильдия была чем-то вроде спортивного клуба, входить в который благоволили даже бургомистры и курфюрсты.

Стрелковые общества Кнайпхофа, Альтштадта и Лёбенихта возникли ещё в XIV веке; стреляли тогда из арбалетов, с развитием техники перешли на огнестрельное оружие. Как все установления высшего общества, жизнь Лиги была ритуализована. Стрельба была поводом для пышного церемониального обрамления. Стрелки проводили торжественные собрания, шествия по городу, у них были специальные костюмы и амуниция, изрядно театрализованы были и сами королевские стрельбы.

Илл. 5. Празднование 500-летия Гильдии стрелков Кёнигсберга. 1851 г.

«Дом стрелков» в Трагхайме был построен в 1853 году. Позади него находился сад «Шютценгартен». Здание служило Лиге до 1890-х годов, когда его заменили более просторным домом за городской чертой. Тогда трагхаймский «Шютценхауз» стали называть «старым» и использовали как гостиницу и летний театр. Фотоснимки позволяют оценить, насколько масштабным и респектабельным сооружением он был.

Фото 6. «Дом стрелков», вид со стороны Шютценштрассе. Ок. 1900 г.

Фото 7. Интерьер «Дома стрелков». 1920-е гг..

На верхнем рисунке изображено празднование 500-летия Гильдии в 1851 году. Трагхаймский «Шютценхауз» ещё не был построен, и мы точно не знаем, где проходил праздник.

Сейчас на месте клуба находится жилой дом № 74б по ул. Пролетарской. Территория сада аккурат совпадает с двором между домами по Пролетарской 64–78 и Черняховского 68, 70–72. Прежняя Шютценштрассе частично стала современной Минской, в конце она соединялась с несохранившейся Трагхаймской Пороховой улицей (сейчас это дворовый проезд от Минской к Соммера, мимо здания Арбитражного суда).

Фото 8. Шютценштрассе (ул. Минская), вид от Трагхаймер Пульверштрассе. Ок. 1910 г.

На фотоснимке— вид Шютценштрассе от улицы Пороховой на северо-восток, впереди виден перекрёсток с Миттельтрагхайм, дальше — «Дом стрелков». Правда, процессия, движущаяся по улице, — это не стрелки, а, видимо, кирасиры № 3 «Граф Врангель», располагавшегося рядом. Ниже — вид той же улицы, но будничный, без шествия. Мастер Готхайль снимал примерно с того же места, откуда сделано предыдущее фото, но не сверху, а с земли.

Фото 9. Шютценштрассе, вид от Трагхаймер Пульверштрассе. Фото Е. Готхайля (?). Ок. 1910 г.

С перекрёстка Шютценштрассе и Миттельтрагхайм открывался вид на центральный корпус казармы «врангелевского» полка, от которой сейчас осталось только перестроенное восточное крыло (большое старое здание возле рынка).

Фото 10. Миттельтрагхайм (ул. Пролетарская), вид на север от перекрестка с Шютценштрассе. Фото Е. Готхайля (?). Ок. 1910 г.

Это будущая улица Пролетарская, фотограф стоит напротив дома № 74а. Слева и немного впереди, не видимый в этом ракурсе, располагается вход на старое израэлитское кладбище, которое находилось позади здания ГАИ (до войны — пожарная часть Норд). Если фотограф повернёт камеру на 90 градусов вправо, то в его объектив попадет вид Шютеценштрассе, вид в сторону Нахтигалленштайг.

Фото 11. Шютценштрассе, вид на восток от перекрестка с Миттельтрагхайм. Фото Е. Готхайля (?). Ок. 1910 г.

Самой Соловьиной тропы отсюда не видно, так как начало Шютценштрассе изогнуто. Справа мы замечаем знакомые окошки «Дома стрелков», а перед ним можно разглядеть поворот налево, в небольшой переулок, о котором надо поговорить отдельно.

Фасад «Шютценхауза» выходил на небольшую попречную улочку (мы видели её на фото № 6). Она не была тупиком, а делала прямоугольный излом выводя затем на Миттельтрагхайм (это место видно на фото № 10: угол дома в строительных лесах). Таким образом, от Шютценштрассе и Миттельтрагхайм отделялся почти идеальный квадрат жилых домов. Переулок был, видимо, безымянным. Хотя тут не всё ясно.

Есть несколько карт издательства «Фарус», на которых угловая улочка подписана как Трагхаймский пассаж. Это странно, так как Трагхаймский пассаж находился в другом месте, неподалёку, в 500 метрах южнее. Он тоже пересекался с Миттельтрагхайм и тоже отсекал квартал квадратной формы. Вряд ли существовали две одноименные улицы в одном районе. Скорее, издательство «Фарус» (находившееся, к слову, в Берлине) допустило ошибку, которая потом годами повторялась на новых издания карты. Это подтверждает и сохранившееся фото нашего псевдо-пассажа со стороны Миттельтрагхайм.

Фото 12. Вид на «Дом стрелков» через переулок с улицы Миттельтрагхайм. Фото Е. Готхайля (?) Ок. 1910 г.

Слева — уже отмеченный нами дом в лесах. Надпись Schützenhaus не оставляет сомнений относительно места съемки. Но то, что мы видим — не пассаж, а обычный переулок. Пассажем принято называть торговую улицу, а на фото нет магазинов, да и ширина проезда для пассажа великовата. К тому же за поворотом всю длину переулка занимает «Дом стрелков», который к пассажу не может иметь никакого отношения.

Сейчас на месте «псевдо-пассажа» находятся дома (вернее, подъезды многоквартирного дома) № 74 и 76 по улице Пролетарской, а также двор между ними и домом 74б.

Ну и вернёмся снова к «соловьиному» перекрестку. Если мы снова посмотрим на фото № 4, то слева за краем кадра у нас будет Шютценштрассе, а за спиной — окажется начало четвёртой улицы здешнего «распутья». Это Резаштрассе, улица Людвига Резы — знаменитого профессора и фактического ректора «Альбертины». Вы видели памятник — гранитную фигуру человека в длинном одеянии, словно шагающего по брусчатке Литовского сквера на Каштановой аллее? Это и есть Людвиг Реза.

Улица его имени соединяла Нахтигалленштайг с Хинтертрагхайм, в современном пейзаже она проходит через школьный стадион, тянется по дворовому проезду перед подъездами № 23 и 27, ныряет под дом № 21 и соединяется с улицей Сергеева. Фотоснимки Резаштрассе найти не удалось, но есть фото улочки, очень близкой к ней и географчески, и «тематически» — переулка Ам Резианум.

В завещании профессор Реза велел построить на свои сбережения дом для студентов (можно сказать, общежитие). Это заведение называлось «Резианум». Многие знают, что оно находилось на ул. Шиллера (дом № 3). Но это здание построили в 1890-е годы, а дом студентов на средства «Резаше штифтунг» открыли в 1854-м. Вероятно, именно здесь, возле улицы Резы и недалеко от возглавлявшегося им университета, находился первый Резианум. Ведь названия с предлогом «ам» давались только по реальным объектам, находящимся рядом с именуемой улицей.

Фото 13. Ам Резианум, вид в сторону Резаштрассе. Фото Е. Готхайля (?) Ок. 1910 г.

Переулок соединял улицы Хинтертрагхайм и Резаштрассе. Иными словами, он отходил от улицы Сергеева на юго-запад в том месте, где сейчас дома № 33 и 35. Снимок сделан в западном направлении Резаштрассе.

…Много воды утекло в Мельничном ручье, много прошло лет. Ручей осушили, а время всё бежит, потому что не иссякает его неведомый источник. Да и где он?.. Это вопрос к философам из «Альбертины».

Мне сейчас вспомнилось, как на одном городском собрании обсуждали обустройство парков, организаторы и приглашенные мечтали вслух о том, как на месте диких зарослей у заиленных прудов появятся велосипедные дорожки, фонари и скамейки, как придут лоточники, зазвучит музыка, город получит новую зону для прогулок и отдыха… И тут одна собеседница сказала: «А нужны ли нам повсюду лотки и оркестры? Может, надо, чтобы хоть где-то в городе можно было услышать соловья?»

Недавно я работал со студентами в корпусе БФУ на улице Невского. Было тепло, мы открыли окна, учащиеся писали свои эссе — и всю пару, все полтора часа рощу за окном оглашал соловей. Немецкий Нахтигаль вернулся — уже как «российский славный птах» — и честно, бескорыстно поёт нам. Навевает он грёзы о соловьиной роще, о соловьином саде, об островах природы, которых нам так не хватает в каменных городах. И коль уж вышло так, что гранитный Кёнигсберг исчез, а на выжженных полях зашумели рощи, мы должны беречь эти острова, чтобы у наших потомков были настоящие, а не каменные соловьиные тропы.

Карта-подсказка

Источники фотоматериалов:

Bildarchiv Ostpreussen
Подземелья Кёнигсберга
Архив IS-PAN

Нашли ошибку в тексте? Выделите мышью текст с ошибкой и нажмите [ctrl]+[enter]

Мы в социальных сетях

Архив новостей

« Март 2020 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

© 2019 Информационно-аналитический портал Калининграда.
Учредитель ООО «Вымпел Медиа». Главный редактор: Чистякова Л.С.
Электронная почта: news@kgd.ru, телефон + 7 (4012) 507508.
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ No ФС77- 52832 от 08.02.2013г. Выдано федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Перепечатка информации возможна только с указанием активной гиперссылки.
Материалы в разделах «PR», «Новости бизнеса» и «Другие новости» публикуются на правах рекламы.

Телефон редакции: (4012) 507-508
Телефон рекламной службы: (4012) 507-307
 
Электронный адрес редакции: news@kgd.ru
Афиша: kaliningradafisha@gmail.com
Рекламный отдел: reklama@kgd.ru

Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности

18+
Longus penis basis vitae est!Реклама на Калининград.Ru
Редакция
Форма обратной связи
Developed by Калининград.Ru